Пустота в искусстве. Интервью куратора Елизаветы Ивановой

Я создаю модель виртуального мира и пытаюсь представить образ технологического будущего. Он намеренно отличаются от настоящего, но взаимодействует с ним на границах восприятия физического и цифрового. Я использую нематериальные инструменты –цифровую графику, 3D, смешанную реальность. Но мне интересно именно трансформировать восприятие пространства с помощью технологий. Поэтому многие проекты становятся не просто цифровыми, а сайт-специфичными. Важно не только что, но и где, и как воспринимается.

Мои проекты объединяет общая тема влияния технологий на устройство мира. Я ищу архетипы интернет-эстетики. Важное значение для меня имеет лиминальность. Я стремлюсь создать наигранно-аттрактивное впечатление, за которым скрывается бессознательная тревога о нашем будущем в цифровой реальности. Всё виртуальное я рассматриваю как сверхъестественное, потустороннее.

Я опираюсь на несколько концепций. Первая – взаимосвязь эволюции технологий и научной фантастики Ст. Лема. Бесконечность пространства и времени предопределяет возможность существования любых невероятных технологий, которые расширяют границы реальности. Если мы чего-то не видим – не значит, что этого нет. Вторая концепция – теория восприятия Дж. Гибсона, которая рассматривает проблемы объективности реальности и как на неё смотреть. Очень спорный подход в научных кругах, но это и делает его привлекательным. Третья идея связана с феноменом лиминальности. Я использую разные взгляды на него: как фольклорное явление (А. ван Геннеп), как состояние современного информационного общества (Л.И. Фусу – статья «Лиминальное состояние общества в период глобализации и пути его преодоления») и как визуальную эстетику-субкультуру (например, в статье философа RAMCPU «LIMINAL SPACES - LOST IN UNKNOWABLE LONELINESS OF MODERN ARCHITECTURE»

Лиминальное пространство как интернет-эстетика воплощается в работах таких художников, как Jared Pike, Lucas Rackliffe и других. Они изучают цифровую реальность изнутри, с помощью 3d и игр. Их пространства не только исследуют современный интернет-фольклор, но и становятся его частью.

Из более традиционных художников могу выделить Дэвида Нэша за его работы с горевшим деревом. Я вижу в них исследование дематериализации и перевоплощений физического в иное. Нэш использует архетипы формы в произведении «Пирамида, сфера, куб». Я пытаюсь изобрести свои для цифрового и информационного пространства. Например, Конус, Окулус, летающая тарелка. Из классики мне близок Н. Рерих по работе с цветом. Для некоторых работ я беру пример с его сочетаний в живописи.

Эволюция технологий, теория восприятия и лиминальность определяют основу моего подхода. С этих позиций я развиваю свою авторскую вселенную. Кроме них в разных проектах наслаиваются исторические факты, научные и философские концепции, связанные с определённым местом. Контекст. Например, вопросы археологии медиа, глубокого времени, современные и древние мифы. Мне нравится совмещать современные коннотации с мыслями о вечности.

Я использую пустоту как элемент своего мира. Пустота – одно из свойств лиминального пространства, она выражается в отсутствии людей или какого-то привычного содержания. Так же, это темнота. Если в физическом мире это значит отсутствие света, то в цифровом, который из света состоит, это значит отсутствие части самого мира. В этом принципиальная разница между коридором, уходящим в черноту в настоящем и фантазийном мирах. Сквозь отсутствие света в цифровом пространстве может просматриваться другой слой реальности. С другой стороны, пустота – это бесконечность, нематериальные взаимосвязи. В моем мире она пока не выражена визуально и существует в теории, но условно можно представить цифровую бесконечность как свет, заполнивший все направления. Он настолько яркий, что стирает границы вещей.

Возможно, пустота – это тот компонент, который накладывает ощущение тревоги. Я исследую воздействие цифрового как паранормального, если принять его настоящим и воспринимать как вид в границах портала из физического контекста повседневности.

Может быть, это как раз воплощение кризиса повествования в современной культуре. Информация заменяет смыслы. Большие данные отражают положение вещей, но не объясняют его. А человеку важно иметь ответы «почему», даже если это за границами его познания. Изначально с этой задачей справлялась мифология, но сейчас, видимо, требуется поиск новых форм объяснения непонятного.

Для меня эта большая и сложная тема связана с вопросами строения вселенной. Физика не может до конца объяснить природу пустоты в космосе из-за недосягаемых горизонтов пространства и времени. Пока нет доказательных экспериментов, учёные полагаются на математические и философские концепции. Как раз они пытаются объяснить фундаментальные противоречия в строении этого мира. Например, принцип суперпозиции – почему квантовая система одновременно существует во всех возможных состояниях со 100% вероятностью? Я бы соотнес своё видение с теорией струн, которая предполагает параллельное существование разных вселенных.

Мне нравятся художники, которые исследуют достаточно абстрактные темы авторскими методами. Их инструментами часто выступают пространство, технологии или дизайн, а практика открывает новые сложно уловимые вещи. Они преобразуют скрытые явления в высказывания, которые сложно описать словами, но можно прожить как опыт. Вот некоторые из тех, за которыми я слежу.

Filippe Pantone – исследование феномена цвета с характерным авторским подходом. Сталкивает человеческое и машинное, ностальгию и будущее. Этот художник интересен тем, что воплощает свою тему в разнообразном контексте. У него есть и галерейные произведения, и интеграции в урбанистическую среду. Обстоятельства всегда задают дополнительную ценность работе.

Zimoun – освоение пространства с помощью звучащих кинетических устройств. Мне нравится так же выраженный авторский подход. Он задает особый взгляд на вещи лаконичными средствами. Мне нравятся минималистичные решения, которые меняют мир.

Гарри Нуриев – тотальные иммерсивные инсталляции, работа со свойствами материалов и веществ, эпатажем, дизайном. Провозглашает свой авторский подход к пониманию мира – «трансформизм».

Dylan Sheridan – перформанс техники на грани самоуничтожения. Для меня это попытка представить самобытность и эмоциональность машин.

Pilar Zeta – гипермасштабные геометрические композиции, слияние реальности и фантазии. Эта художница представляет авторскую систему символов, упорядочивающую взгляд на мир. Мне нравится ее визуальная эстетика.